Александр Прокопьевич Суханов

Аудиозапись стихов в исполнении автора

Про себя
 
Родился я на сенокосе
В июле, новый сын земли,
И на дровнях, из Подполянок
Меня в деревню привезли
 
Спокойный в детстве рос парнишка
На печке спал, штанов не знал,
Лишь портяною рубашонкой
Кривые ножки прикрывал.
 
Жилось бедно, трудились много
Но труд повсюду был пустой
О тракторах еще не знали
В девятьсот двадцать восьмом
 
Тогда водилась с нами няня
Родного дедушки сестра
На Озерожье, Ольховец и Окольную
Везде водила нас она Мы чувство Родины узнали
В походах этих, вместе с ней
И в Головизине купались
В воде двенадцати ключей
 
В детсад, в Шаманину ходили
В большой, обшитый, желтый дом.
Мы шумно бегали по залам
Вообразив себя конем
 
Бывало, тетя Маша скажет:
«Спокойным, будет барабан».
Мы быстро все на лавки сядем
Но барабан нам не был дан
 
Мы снова бегать начинали
Серегин Сашка был вожак
И нас тогда домой прогнали
На том и кончил я детсад.
 
Года пришли, пора и в школу
Ботинок нет, пошел босой
И очень скоро, через книги
Раскрылся мир передо мной
 
Жюль Верн, Некрасов, Пушкин, Гоголь
Островский, Герцен и Стендаль
Меня из дома уводили
В покрытую туманом даль
 
И все увидели в деревне
Что изменился облик мой
Как я на практику приехал
Из педучилища домой
 
Экзамен сдал, потом работать
Пошел в кремлевский сельсовет
А через год, с Дико-Зеленой
Прислал родителям привет.
 
Поздней писал, что бросил школу
Что в авиацию ушел
Училище с отличием окончил
И был в Иваново определен
 
Подъемы ночью и полеты
Сигнальные прожектора
На северном аэродроме
Прошли счастливые года
 
Потом на Пакшеньгу вернулся
И физкультуру в школе вел
А вскоре в Машеньку влюбился
И Юре бог с нею свёл
 
Два года с Машей жили дружно
Но приключилось горе с ней
Она была больна водянкой
Нам счастья не дал Гименей
 
Беспечно нам жилось на Пежме
Но только года через три
Мы в Михалево оказались
По злой иронии судьбы
 
Семь лет я прожил в Михалево
Но в марте, шестьдесят восьмом,
С водянки умирает Маша
И стал я вновь холостяком.
 
Куда теперь свой взор направишь
Что будешь делать сокол мой?
И я решился, все пожитки
Привез на Пакшеньгу, домой
 
Настал сентябрь, я снова еду
Искать работу, и Ура!
В Мелентьевскую школу
Меня забросила судьба.
 
Дела идут, я здесь смиренно
Тружусь, не требуя венца
Вина не пью, табак не курю
Купил машину «Москвича».
 
Хожу на озеро рыбачить
И в лес с корзиной, по грибы
Зимой на лыжах развлекаюсь
Чтоб скоротать пустые дни.
 
Желаний нет, мечты угасли
Ни чем не радуется взор.
С утра до вечера толкаюсь
Неся смиренно приговор
 
Где ты? Где ты,  душа – Манилов?
Куда девался друг - Ноздрев?
Один лишь Чичиков остался
Во всем расчет, расчет, расчет!
 
Расчет - как справиться с работой
Как в люди вывести сынка.
Потом на родину вернуться
И жить спокойно, до конца.
                                         4 января 1983 г.
Маме посвящаю
Авдотья Ефимовна - мама моя
Труднейшую жизнь прожила
Ей пенсию дали 12 рублей
Подумают, плохо трудилась она
Авдотья Ефимовна, мама моя
 
Овины ночами сушила
Водилась со стадом коров
И в поле работать ходила
Косила, пахала, и жала серпом
 
На зорьке в поскотину сходит
Коней приведет для детей
Чтоб тоже на поле трудились
Весомее был трудодень
 
Ох, как тяжело ей досталось
Отца увезли на войну
Нас четверо малых осталось
И всё на неё, на одну!
 
Январь сорок третьего года
Ушел Николай на войну
А вскоре пришла похоронка
Под Фастовом пал он в бою
 
Осень, зима и весна пролетели
В трудах проходили года
Уже по Берлину орудья гремели
Победой закончилась война
 
Кончал педучилище Саша
Володя учился в седьмом,
А Зоя в четвертый ходила
Труднейщим был сорок шестой
 
Отец возвратился в деревню
Работали все, каждый день
Но лучше ни сколько не стало
Пустой тогда был трудодень
 
Мякину, ворон даже ели
Весною ходили сбирать колоски
А в песнях задорно звенело
«Спасибо за наши счастливые дни»
 
На жерновах самодельных
Мололи муку из сухого зерна
И на год отца «посадили»
За пять килограммов овса
 
А годы летели, как птицы
Володя приехал домой
На Пакшеньге стал он лесничим
И ожил родительский дом
 
Корову держали, а сено
Володя и Саша косили с отцом
Еще поросенка кормили
И жили в довольстве во всем
 
У мамы другие заботы
Скорей бы женить сыновей
Невесту сыскать посолидней
И бабушкой стать для детей
 
Ковбойку Володе купила
Мечтала купить шифанер
Уже девяносто рублей накопила
Да жизнь оборвалась у ней
 
Рубли те нашла Пелагия
Под печкой, в узле из чулка
И справили маме поминки
Чтоб в царстве небесном была
                                   22 мая 1982 г.
Воспоминания о Чурге
Я вспомню те дни, как на Чургу ходил
Один уходил на рассвете
По свежей росе, по высокой траве
При южном ласкающем ветре
 
На Плоское придешь, водички попьешь,
И вспомнишь любимую няню
Котомку оденешь и дальше пойдешь,
А мысли вперед забегают
 
Вот солнце восходит, туман над рекой
И ты начинаешь рыбачить
Один за другим попадают ельцы
Тебя ожидает удача
 
Четырнадцать крюков поставишь в реку
Рыбалкою очень довольный
Прилягешь вздремнуть, напиться чайку
На старой дороге окольной
 
А после полудня обратно идешь
С надеждой подходишь ко крюкам
Где щуку достанешь, где сменишь ельца
А оводы вьются над ухом
 
На Репишно к ночи усталый придешь
Наваришь ухи котелочек
Отвара брусничного вдоволь попьешь
И в спальный залезешь мешочек
 
А утром еще не обсохла роса
Идешь по маршруту, где крюки
К часам к девяти возвратишься назад
Промокли рубашка и брюки
 
А солнце все выше, обсохла роса
До часу сидишь, отдыхаешь
Засолена рыба, поставлена в тень
Купаешься и загораешь
 
К любимому плесу на берег придешь
Где Репишный ручей впадает
Поплаваешь вдоволь, разочек нырнешь
Год целый потом вспоминаешь
 
Обратно от Чурги  до Плоского идешь
Дорога по лесу, как в сказке
Две просеки, мостик и Юркины печки
Уводят в далекое детство
 
Закат наступает в жизни моей
И силы меня покидают
Но все же как прежде, на старости дней
На Чурге еще побываю
 
От Дедкова ручья, до Клочина
Пройду, плеса все навещая
И эту любовь и страсть рыбака
Я, Саша, тебе завещаю!
                               17 апреля 1982 г.
 
Про ель
Есть на Чурге плесо, Калеминевая тонь
Если вниз идти, то по прямой, не более чем метров триста
За рекой стоит нахмуренная ель
Что так долго в памяти моей хранится
 
Видел я ее на утренней заре
Солнце было низко-низко
Сквозь густые лапы, разливая свет
Было оно сказочно лучисто
 
Ель стволом закрыла солнца диск
Но наперекор, чтоб люди любовались
В верх и в низ и в стороны лучи
Золотом сквозь ветки пробивались
 
Свет лучей играл, а я смотрел
Их игрой один я любовался
Я тогда, покуда сила есть,
Приходить сюда поклялся
 
Через пять минут исчезло все
Это, подчинившийся  закону
Повернулся шар земной вокруг своей оси
Ну, а солнце вышло на свободу
                                          21 апреля 1982 г.
 
Песня ямщика
 
Это было сорок лет назад
Был я, как и ты сейчас, подростком
Ночь застала нас в лесной избе
На мысу, что звался Сковородкой
 
Вдоль по Чурге, по кустам, по вырубам
Черная смородина с малиной народились
Набродившись вдоволь, ягоды набрав
Вся компания в лесной избе остановилась
 
Темнота настала, комары пищат
Разползлися, кто куда, по парам
Кто-то песню начал, подхватили все
И она пошла, пошла гулять по нарам
 
Пели хором, парами, по одному
А о чем, теперь уже забылось
Лишь одна запомнилась на век
От нее сильнее сердце билось
 
Эту песню Леван пел
Как ямщик в девченочку влюбился
Мучился, томился, ждал
Но ему лишь труп ее достался
 
И теперь, когда прошли десятки лет
После той чудесной ночи
Чувства те же будоражат сердце мне
И забыть о них душа не хочет
                                         22 апреля 1982 год
 
Новая жизнь
От станции Вельск, каждый день,
Уходят автобусы в рейс
До Шенкурска, Шокшы, на  Солгу, в Кулой
Развозят повсюду людей
 
До Пакшеньги едешь часа полтора
Не дует, не мочит, тепло
Сидишь, вспоминая былые года
Столбы километров считая в окно
 
Приедешь, у Дома культуры сойдешь
В нем творческий вечер идет
По книге Абрамова Федора, «Дом»
То путь, что и мною пройдён
 
Автобус до Вельска тогда не ходил
Ходили туда мы пешком
И каждый ручей, где сидел ты и пил
Остался на веки в сердце твоем
 
Из этих ручьев, хуторов и полей
Слагается Родина-мать.
Она нам для жизни счастливой дана
И родину надо любить.
 
Новая деревня
В колхозе «Россия» - кирпичная школа
В ней учатся дети крестьян
Станки в мастерской, верстаки, инструменты
И светлый просторный спортзал
 
Отлично оформленные кабинеты
В достатке технических средств
Приветливые педагоги
И трудных детей в школе нет
 
Готовятся сесть на машины ребята
Девчата - на фермы пойти
Чтоб были в достатке и масло и мясо
Вкусней и наваристей щи
 
А рядом, на старом Погосте
Где церковь была много лет
Красавец стоит - Дом культуры
Да Пакшеньгский сельский совет
 
Деревни кругом, как картины
Повсюду, куда не пойдешь
Машины стоят легковые
Красиво живет молодежь.
                                 1 июня 1982г.
 
Брату Володе
 
Пойдем Володя на пригорок
Побродим по родным полям
Здесь рвали лен, снопы возили
И боронили по ночам
 
Пускай прольются наши слезы
Ты не стесняйся их, по плач
В душе воскреснут детства годы
И отойдет тоска- печаль
 
Здесь проходило наше детство
Играли в «бабки» и в «попа»
И колесо катали по деревне
Умела веселиться детвора
 
На пруд в Петрегино ходили
Купались, прыгали с моста
«Дорожку» с мельницы украли
Всё это делали с проста
 
По щук на Чургу убежали
С одной «дорожкой», семером
Мы ни кого там не поймали
Зато ругался сильно Никонор
 
А на Ледянку, по чернику
Ходил с одиннадцати лет
И песню «Юный барабанщик»
Слыхал от нас окрестный лес
 
Сентябрь. Ура! – уроки сняты
На Дедков ручей мы идем
Брусники крупной там, и много
В сороковых годах росло
 
По три корзины набирали
Часа за три, потом привал
Мы пели вместе, что есть силы
«Славное море, священный Байкал»
 
На смерть Рачкова
(28 мая 1984 г)
Сказали мне, что умер ты
Такому трудно верится
Что ты лежишь закрыв глаза
А шар земной все вертится
 
Тебя привыкли видеть мы
В Коношском райисполкоме
На государственных делах
На государственной работе
 
Простой, приветливый, веселый
В делах слуга народа был
Я сам не раз с вопросом личным
В твоем рабочем кабинете был
 
Внезапно жизнь оборвалась
Ее течению больше нету хода
На шестьдесят восьмом году
Ты перестал служить народу
 
Теперь мы не увидим никогда
Тебя на августовских совещаниях
На семинарах, директорам
Не дашь последних указаний
 
Образ твой, дела и поступки
Долго память еще сохранит
И товарищи на досуге
Долго будут о них говорить
                                       7 июня 1984 г.
 
Смерть Полины 1981 г.
 
Умерла Полина на чужбине
Паралич ее разбил
Хоронили не родные дети
А народ чужой похоронил
 
Было то, пятнадцатого апреля
Не смогла трех дней до Пасхи дожить
Если верить старым всем приметам
То в раю у бога обязательно ей быть
 
Тосковала всю жизнь свою по дому
Ей на Пакшеньге хотелось жить и помирать
Но изгнал ее отец из дома
И пришлось по тюрьмам долго ей страдать
 
Там в тюрьм она нашла и друга жизни
Это был Василий Андреевич……
Прожил с ней счастливо он до смерти
И позвал туда с собой
 
Рано ты Полина полюбила
Подлеца соседа – Костю Кузьмина
Обещаниям глупым поверила
А потом страдала, мучилась
 
Строго обошлись с тобой родные
Но труднейшим тот период был
Если б сына Николая воспитала
Он тебе бы все простил
                                     23 апреля 1982 г.
 
 
Мое хозяйство
Дом большой, на двадцать окон
Клеть, повить, и сенники
Позади поварня, баня
Рядом с баней был хмельник
 
Грядки с луком и картошкой
Куст крыжовника растет
Впереди колодец – ворот
На цепи ведро висит
 
Все сарайчиком закрыто
Так что летом и зимой
Там всегда бывает сухо
Черпай, лей, неси домой
 
Три черемухи кустистых
Перед домом разрослись
Аромат весной душистый
Летом ягоды бери
 
Сам гараж из бревен сделал
Стены досками обшил
Краской масляной покрасил
Крышу шифером закрыл
 
В гараже шкафов наставил
И стеллаж соорудил
Насыпь гравием насыпал
«Москвича» в гараж вкатил
 
Летом в отпуск приезжаю
И счастливою порой
По деревне разъезжаю
На машине легковой
 
И завидуют соседи
Меж собою говоря
Санко Пронькин на машине
Возит маленьких ребят
                              27 января 1983 г.
 
***
Я в стихах хотел воспеть родную землю
Милые сердцу места
Где прошло босоногое детство
Золотая юность прошла
 
Наша армия – десять подростков
Мейлих, Мазик и Михас оса
И траву и навоз возили
На телегах в два колеса
 
Боронили «пары» в ночную
Заменяли своих отцов
А потом и пахали все вместе
Словно трактором, в пять лемехов
 
Рвали лен, огребали картошку
Свозили с поле снопы
Вечерами гулять ходили
Нацепив на пояс ножи
 
Не сбылись мои желанья
Я в родной деревне думал жить
По полям бродить, по лесам, по закосам
И с ключей святую воду пить
 
Жизнь прошла по лесным поселкам
Я на родине гостем был
На каникулы ездил и в отпуск
Чтобы в лес и на Чургу сходить
 
На Окольную, к Дедкову ручью
А от туда в Разливы пройдешь
Вспомнишь детство, как сено косили
В Головизине отдохнешь
 
А в Ольховце холодной водицы
Прямо пригоршней зачерпнешь
И в блаженстве душа замирает
Тело свежестью отдает
 
Но сейчас заросли все закосы
Срок немалый с тех пор миновал
Даже места того не узнаешь
Где когда  то стоял сеновал
 
Ширину и гладь сенокосов
Только память еще хранит
Да в Ольховце вода как и прежде
Нас прохладой своей манит
 
На закат моя жизнь клонится
Вдаль ушла золотая пора
Сенокосы можно расчистить
Только сил не вернешь ни когда
                                    31 января 1983 г.
 
Пакшеньгский вальс

В небе морозном и звездном
Яркая светит луна
Снегом запорошенные
Дремлют рядами дома
 
Снова морозная вьюжная
Ходит повсюду зима
Пакшеньга, Чурга, деревня родная
Милые сердцу места
 
Звонко поет наковальня
Слышится стук топора
Эхом в лесу отдается
Ранняя песня моя
 
Вместе с апрелем, веселая звонкая
К нам возвратилась весна
Пакшеньга, Чурга, деревня родная
Милые сердцу места
 
Где-то кукует кукушка
В поле гудят трактора
Красное лето, грибы и рыбалка
Лучшая в мире пора
 
Радуга вновь заиграет на небе
После «грибного» дождя
Пакшеньга, Чурга, деревня родная
Милые сердцу места
 
Росы густые на землю ложатся
Вновь журавли полетели на юг
С поля уходит последний комбайн
Осень в деревню приходит мою
 
Птицы давно улетели
В теплые края
Землю сковало морозом
Смолкли в полях трактора
 
Снова морозная вьюжная
В ходит в деревню зима
Пакшеньга, Чурга, деревня родная
Милые сердцу места
                                     
18 апреля 1983 г.

 
В райисполкоме
Сегодня август восемьдесят третьего
Я вновь приема жду у зав РОНО
Передо мною дверь за номером 13
А в мыслях ухожу я далеко
 
Тогда мне было только 18
Когда в первые постучал я в эту дверь
И Соболева встретила меня приветливо
Чтобы надеждой душу обогреть
 
В Кремлевскую, начальную,работать
Меня направили приказом 96
И тут же дали в руки ордер
Чтобы учителя немного приодеть
 
Звезда Савинской только поднималась
Мороз, красивым, стройным парнем был
Данилов начинал директором работать
А я на дрогах в Кремлево прикатил
 
Теперь года прошли и страсти улеглися
Живые все на пенсию ушли
Один Рачков как дуб столетний
По прежнему дела вершит
 
Я вспомнил это все на лестничной площадке
Когда и мне осталось не долго ждать
Уже печатают приказ, стучит машинка
Чтобы другому школу передать

 
В автобусе еду домой
 
Трактом не ровным, в автобусе
Ехал из Вельска я как-то домой
Даль голубая, леса и поляны
Взор привлекали мой
 
Раскрыты окна, дует теплый ветер
И легкий пар восходит от земли
Середняя, Амосово, болото, Выдрица
Уже за пол часа остались позади
 
Чургу проехали вскоре
Стук от колес прогудел под мостом
В поле широком рожь зеленеет
Пух тополиный летает кругом
 
Солнце к закату клонится
Едет автобус вперед
Вот уже скрылся из виду красавец
Раменский двор для коров
 
В Братинском спуск и подъем одолели
Сзади осталась Текшова гора
Едет автобус по Мараконской
Поздно, доярки идут со двора
 
У сельсовета встал автобус
Пора и мне, окончен путь 
Места родные, воздух свежий
Полней и глубже дышит грудь
 
Иду Бранихой с чемоданом
Рюкзак тяжелый плечи жмет
А вот и дом, где как и прежде
Иван Евменьевич живет
 
Туда ведет моя тропинка
Через калитку и домой
Где ель, гараж, поварня, баня
Избушка сделанная мной
 
Сдесь все твое, и ты хозяин
Живи, спокойно отдыхай
Ходи на Чургу, за грибами
И дни былые вспоминай